Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Объединение Италии

.doc
Скачиваний:
29
Добавлен:
18.04.2015
Размер:
204.8 Кб
Скачать

3. Объединение Италии.

Социально-экономическое и политическое развитие итальянских государств в середине XIX столетия. В начале 1850-х годов Италия представляла собой ряд самостоятельных государств: Папское государство, Тоскана, Сардиния (Пьемонт), Ломбардия, Венеция, Королевство обеих Сицилий (Неаполитанское королевство), Модена, Парма и Лукка. Северо-восточные итальянские территории (Ломбардия и Венеция) по-прежнему находились под господством Австрийской империи. В Риме стояли французские оккупационные войска, в Романье, входившей в состав Папского государства, – австрийские войска. Относительно свободным оставался только юг Италии. Буржуазная революция 1848–1849 годов в Италии не разрешила основной задачи объединения итальянских земель в единое национальное государство. В результате поражения революции Италия осталась раздробленной на ряд отдельных государств, слабо связанных между собой. Оставалась нерешенной и задача освобождения от чужеземного гнета. Конституционно-парламентские порядки, установленные в итальянских государствах во время революции 1848–1849 годов, повсюду были уничтожены.

Главными очагами реакции в Италии являлось Неаполитанское королевство (Королевство обеих Сицилий), где царил грубый полицейский произвол, и Римское государство, в котором был восстановлен такой пережиток средневекового прошлого, как светская власть папы римского. В Ломбардии и Венеции оккупационные австрийские войска жестоко расправлялись с участниками национально-революционного движения 1848 – 1849 годов. Сотни и тысячи итальянских патриотов томились в страшной крепости Шпильберг и в других австрийских и итальянских тюрьмах.

За подавлением революции 1848–1849 годов были восстановлены абсолютистские порядки, с конституционными завоеваниями 1848 года в Неаполе, Тоскане, Папском государстве было покончено. Тысячи людей подверглись жестоким репрессиям, устрашение и деспотический полицейский произвол стали главными методами управления абсолютных монархий, армия и полиция – их главной опорой. Особенно свирепствовал в Неаполе король Фердинанд II, прозванный “королем – бомбой” за жестокую расправу с участниками революции 1848–1849 годов в Сицилии. В папских владениях снова воцарились церковники, возросло влияние иезуитов.

Австрия – оплот всех реакционных сил на Апеннинском полуострове – подчинила Ломбардию и Венецию суровому военному режиму. Австрийские войска до 1855 года оккупировали Тоскану и остались на неопределенное время в Романье, одной из папских провинций. Папа настоял также на том, чтобы французские войска не покидали Рима. Прославляемый в 1847–1848 годах как “духовный вождь” национального движения, папа Пий IX превратился теперь в его злейшего, непримиримого противника. Из-за страха перед революцией абсолютистские режимы отказывались от проведения любых реформ. Их реакционная экономическая политика явилась одной из причин хозяйственного застоя или замедленного развития экономики большинства итальянских государств в 1850–е годы.

На этом фоне контрастом, главным центром либерализма выступало Сардинское королевство (Пьемонт). Это было единственное итальянское королевство, в котором уцелело конституционное устройство. Король Виктор-Эммануил II, опасаясь новых революционных потрясений, предпочел сохранить сотрудничество с либералами. Царствующая в Пьемонте Савойская династия, стремясь к расширению своих владений, нуждаясь в поддержке местной буржуазии и обуржуазившегося дворянства, проводила антиавстрийскую политику. В Пьемонте была относительно сильная армия, сохранилась введенная в 1848 году конституция, стояли у власти либеральные кабинеты министров. Попытки местной реакции, а также Австрии добиться их упразднения, провалились. В единственном во всей Италии Сардинском королевстве (Пьемонте) действовала умеренно либеральная конституция, ограничивавшая власть короля парламентом, состоявшим из двух палат, в которых господствовали крупные землевладельцы–аристократы и наиболее крупные капиталисты. В Пьемонте возникали новые текстильные предприятия, строились железные дороги, открывались банки, приобретало капиталистический характер сельское хозяйство.

В 1850-е годы конституционно-парламентарный порядок постепенно укрепился в большой мере благодаря деятельности главы умеренных либералов Пьемонта графа Камилло Бензо Кавура (1810–1861 годы). Граф Камилло Кавур в 1850–1851 годах был министром сельского хозяйства, а в 1851–1861 годах был премьер-министром Пьемонта. Внешне он не был харизматической личностью, у него не было античной красоты Джузеппе Мадзини или обаятельной улыбки Джузеппе Гарибальди. Этот невысокий, толстенький человек с любезной улыбкой на обросшем бакенбардами лице, раздражавший своих собеседников привычкой потирать руки, был одним из самых крупных политических деятелей Италии середины XIX века. Обуржуазившийся помещик, внедрявший на своих землях новейшие изобретения сельскохозяйственной техники, занимавшийся промышленной деятельностью и умело игравший на бирже, Камилло Кавур целое десятилетие (с 1851 по 1861год) возглавлял пьемонтское правительство. Блестящий политик и мастер парламентских компромиссов, он сумел, опираясь на либеральное большинство в парламенте, нейтрализовать давление на короля реакционных сил. Он более других политических деятелей современной ему Италии понял значение сильной экономики для государства. С присущей ему энергией, Кавур модернизировал Пьемонт, так же как модернизировал свое собственное поместье. Свои капиталы Кавур нажил на производстве и продаже искусственных удобрений. Поместье Кавура считалось образцом многоотраслевого товарного хозяйства, поставлявшего на рынок шерсть, рис, тонкорунных овец. Кавур заключал выгодные торговые договоры с соседними государствами, реформировал законодательство, прокладывал ирригационные каналы, строил железные дороги, вокзалы, морские порты. Были созданы благоприятные условия для развития торгового флота, сельского хозяйства, текстильной промышленности, расширялась внешняя торговля, финансы и кредитная система Пьемонта. Кавур выступал неутомимым пропагандистом принципа свободной торговли (фритредерства), что в условиях раздробленной Италии означало борьбу за уничтожение таможенных барьеров между итальянскими государствами. Кавур отстаивал необходимость введения единой системы мер, весов и денежных знаков по всей Италии. Как акционер, Кавур одним из первых содействовал вложению частных капиталов в железнодорожное строительство. Эти меры способствовали капиталистическому развитию сельского хозяйства, остававшегося еще основой экономики Пьемонта, и активизировали перестройку промышленности. Сторонник либерально-буржуазного строя, Камилло Кавур считал необходимым условием его утверждения ускоренный рост капиталистической экономики, стимулируемый политикой фритреда, активным развитием средств транспорта и банковской системы.

В первой половине 1850-х годов планы создания единого Итальянского государства казались графу Камилло Кавуру еще несбыточной утопией, он даже называл “глупостью” призывы к объединению страны. Реальной целью он считал изгнание австрийских варваров из Ломбардии и Венеции, включении Ломбардии, Венеции, Пармы, Модены в состав Сардинского королевства – самого сильного в экономическом и военном отношениях государства Италии. Выходец из старинной аристократической семьи, Камилло Кавур выступал за парламентскую конституцию типа английской и доказывал, что ее принятие может предотвратить народную революцию. В 1848 году он опубликовал статью, направленную против социалистических и коммунистических идей. Кавур отрицал путь революционной народной борьбы за независимость Италии. Его планы не шли дальше создания Королевства Северной Италии под эгидой Савойской династии, сплочения итальянского народа вокруг престола короля Виктора-Эммануила II. К этому Кавура подталкивали пьемонтские промышленники и буржуа, мечтавшие о новых рынках сырья и сбыта своей продукции. В 1855 году Англия и Франция подтолкнули Пьемонт к участию в Крымской (Восточной) войне против России. Участие в ней Пьемонта свелось к отправке в Крым пятнадцатитысячного (по другим данным – восемнадцатитысячного) воинского корпуса итальянских войск. Кавур рассчитывал сблизиться с Англией и Францией – он считал “великие европейские державы” потенциальными союзниками Италии. Никаких серьезных разногласий между Италией и Россией тогда не было. После окончания войны Кавур принял участие в подписании Парижского мира. Ему удалось добиться включения в повестку дня конгресса “итальянского вопроса”. Выступая на Парижском мирном конгрессе 1856 года с пламенной речью, Кавур страстно говорил о страданиях раздробленной и оккупированной иностранными войсками Италии, стонавшей под гнетом Австрии. Обсуждение “итальянского вопроса” оказалось безрезультатным, но произвело большое впечатление на общественное мнение в Италии. Это также привлекло внимание европейских держав к Пьемонту как выразителю общеитальянских интересов.

Итак, перед Италией стояла главная задача: ликвидировать иностранное присутствие и покончить с раздробленностью страны на мелкие удельные княжества, королевства и герцогства. Вместо них следовало создать единое централизованное итальянское государство, но не путем революционной борьбы масс, а дипломатическими соглашениями. Период или эпоха объединения Италии носит название Рисорджименто. Выразителем общеитальянских интересов стал Пьемонт.

В 1850-1860-х годах, после окончания кризиса 1847-1848 годов, в Италии происходил заметный сдвиг в направлении капитализации ее экономики. Экономический подъем наиболее полно проявился в Ломбардии и Пьемонте. Наиболее экономически развитыми считались северные территории Италии, где промышленный переворот уже произошел. В Ломбардии и Пьемонте возникали новые фабрики, росло производство шелковых и хлопчатобумажных тканей. Текстильное (особенно, хлопчатобумажное) производство являлось главной отраслью, основой экономики Ломбардии и Пьемонта.

Экономическое оживление затронуло также металлургию и машиностроение, в которых численность занятых в производстве рабочих за двадцатилетие 1840-1860-е годы выросло в шесть – семь раз и достигло десяти тысяч рабочих. Росло железнодорожное строительство. В 1859 году протяженность железных дорог в Пьемонте к 1859 году выросла до девятисот километров (в 1848 году она составляла всего восемь километров (!), рост составил более чем, в сто раз). Расширялись обороты внутренней и внешней торговли. Таким образом, к 1850-м годам Пьемонт стал развиваться значительно быстрее, чем большинство итальянских государств. Но прогресс в развитии экономики не затронул южные области Италии, которые сильно отставали от передового севера и центра страны. Юг Италии всегда отличался замедленным типом развития. Особенно отсталым считался Неаполь, значительную часть которого составляли люмпен-пролетарии, люди без определенных занятий, перебивавшиеся случайными заработками (в Италии их называли “лаццарони”, т.е. “босяками”).

Слабая покупательная способность народных масс (особенно крестьянства) наряду с политической раздробленностью страны и некоторыми феодальными пережитками задерживали капиталистическое развитие Италии. На большей части страны (особенно на юге) промышленный переворот еще не завершился в полной мере. Мелкие ремесленные мастерские, широко распространенные и в деревне, где рабочая сила стоила намного дешевле, чем в городах, количественно преобладали над крупными централизованными мануфактурами или фабриками.

Положение трудового люда было очень тяжелым. Стремясь догнать буржуазию передовых странах Европы, итальянские капиталисты жестоко эксплуатировали фабричных рабочих и занятых на дому внецеховых ремесленников, которым они давали сырье и платили заработную плату. Рабочий день продолжался 14–16 (четырнадцать–шестнадцать) часов, а иногда и больше. Заработная плата была крайне низкой. Рабочие питались впроголодь, ютились в сырых подвалах, в тесных каморках, на чердаках. Эпидемии уносили тысячи человеческих жизней, особенно высока была детская смертность. Еще более жестоко эксплуатировались сельские батраки, сельскохозяйственные рабочие и сельские богатеи. Зимой сельские батраки оказывались на грани голодной смерти. Не лучшими были условия мелким крестьянам-арендаторам, опутанным повинностями и долгами в пользу государства, помещиков и духовенства. Условия аренды были кабальными: преобладало половничество (за половину урожая). Особенно тяжело жилось крестьянам на Сицилии. На богатейшем острове, щедро одаренном природой, утопавшем в садах и виноградниках, вся земля принадлежала кучке земельных олигархов. Свирепствовали владельцы серных рудников на Сицилии: там работали в кошмарных условиях тысячи людей. Именно Сицилия в течение почти всего XIX века являлась одним из очагов революционного движения в Италии.

Борьба двух направлений в национально-освободительном движении Италии. В итальянском национально-освободительном движении существовало два направления: революционно-демократическое и умеренно-либеральное. Передовые рабочие, ремесленники, крестьяне, прогрессивные круги интеллигенции, демократические слои мелкой и средней буржуазии стояли за объединение итальянских земель “снизу” – революционным путем. Демократическое крыло национально-освободительного движения Италии добивались уничтожения монархического строя и всех феодальных пережитков, полного освобождения страны от чужеземного гнета, превращения итальянских территорий в единую буржуазно-демократическую республику. Главными политическими руководителями, идейными лидерами национально-революционного направления оставались: основатель движения “Молодая Италия”, республиканец Джузеппе Мадзини (1805–1872 годы) и известный представитель национально-революционного движения Джузеппе Гарибальди. Умеренно-либеральное направление возглавлял премьер-министр Сардинского королевства граф Камилло Кавур (1810–1861 годы). Его сторонники – либеральная буржуазия и либеральное дворянство Италии – стояли за объединение страны “сверху”, без революции, путем сговора между буржуазией и дворянством за спиной народа.

Поражение революции 1848 года вынудило демократов проанализировать причины ее поражения. Некоторые демократы пришли к выводу, что отсутствие у республиканцев программы глубоких социальных преобразований и наделения крестьян землей, явилось главной причиной неучастия в революции широких слоев народа. Один из военных руководителей Римской республики 1849 года – социалист-утопист Карло Пизакане (1818-1857 годы) видел решение аграрного вопроса в Италии в ликвидации крупного землевладения, обобществления всей земли и передаче ее крестьянству. Радикальные демократы К.Пизакане, Д.Монтанелли, Д.Феррари доказывали, что национальное движение должно сочетаться с социальным переустройством, отвечающим интересам народных масс и потому способным привлечь народ к освободительной борьбе. С таких позиций они остро критиковали Джузеппе Мадзини и стремились оттеснить его от управления республиканским лагерем. Но большинство умеренных демократов отвергали идею крестьянской революции из опасений за судьбу земельной собственности, принадлежавшей массе сельской и городской буржуазии. Остро критиковал Джузеппе Мадзини в письме к Вейдемейеру от 11 сентября 1851 года Карл Маркс, который писал: “Мадзини игнорирует материальные потребности итальянского сельского населения, из которого выжаты все соки.…Первый шаг к независимости Италии состоит в полном освобождении крестьян и в превращении испольной системы аренды в свободную буржуазную собственность…”. Слабой стороной мадзинистов было также то, что они сочетали национально-освободительное движение с католицизмом. Лозунг “Бог и народ!”, выдвинутый Мадзини, был и ошибочен, и вреден для революционного движения. Застывшие догмы концепции Мадзини все меньше и меньше устраивали революционных демократов.

Сам Мадзини не прислушался к этой критике. Он по-прежнему был убежден, что итальянская революция должна разрешить только национальную проблему, и что народ готов в любую минуту подняться на борьбу. Мадзини энергично создавал революционную подпольную сеть, организовывал заговоры, готовил восстания. В ходе этой деятельности мадзинистам удалось опереться на первые рабочие организации и общества в северной Италии – в Ломбардии и Лигурии. Однако попытка поднять восстание в Милане в феврале 1853 года закончилась полной неудачей, несмотря на исключительную отвагу, проявленную ремесленниками и рабочими в схватке с австрийскими оккупационными войсками. Этот провал усилий мадзинистов вызвал глубокий кризис в республиканском лагере.

Революционные подпольные организации стали раскалываться, многие демократы идейно и организационно порвали с Джузеппе Мадзини, обвинив его в напрасных жертвах. Тогда в 1855 году Джузеппе Мадзини провозгласил создание “Партии действия”, призванной объединить всех сторонников продолжения революционной борьбы за национальное освобождение Италии. Это не смогло остановить раскол среди демократов, часть из них пошла на сближение с пьемонтскими умеренными либералами. Пьемонт стал прибежищем десятков тысяч либералов, революционеров, патриотов, бежавших сюда из всех итальянских государств и княжеств после подавления революции 1848 года. Они поддерживали идею превращения Сардинского королевства (Пьемонта) в опору национально-освободительного движения.

Выразителем подобного подхода – превратить Пьемонт в опору объединительного движения, стал руководитель венецианской революции 1848–1849 годов Д.Манин. В 1855–1856 годах он призвал демократов принести “жертву”: отречься от революционно-республиканской программы, порвать с Мадзини и всецело поддержать монархический Пьемонт как единственную силу, способную привести Италию к независимости и объединению. Манин предложил также создать “национальную партию”, в которой сплотились бы ради объединения страны как демократы, отвергавшие республиканизм, так и либералы-монархисты. К этому проекту Д.Манина благожелательно отнесся и лидер умеренных либералов Камилло Кавур. С его согласия в Пьемонте в 1857 году стало действовать “Итальянское национальное общество”, лозунгом которого стало объединение Италии во главе с Савойской династией. Руководители “Итальянского национального общества” предложили войти в его состав Джузеппе Гарибальди, имея в виду использовать личность популярного, харизматического народного героя в своих политических целях. Имя разуверившегося в тактике мадзинистских заговоров и восстаний, Гарибальди привлекло в ряды общества многих демократов, вчерашних мадзинистов и республиканцев. Гарибальди занял пост вице-председателя общества, но сохранил свои республиканские убеждения, как он говорил, был “республиканцем в сердце своем”. Гарибальди всегда полагал, что во имя объединения Италии он был готов пожертвовать установлением в ней республиканского строя. Объединение страны под эгидой Пьемонтской (Савойской) монархии казалось многим республиканцам гарантией “материального улучшения” положения народа Италии и проведения больших социальных реформ.

Формально “Итальянское национальное общество” было независимой политической организацией. На деле оно использовалось умеренными либералами во главе с К.Кавуром – через отделения “Общества”, разбросанные за пределами Пьемонта, по всей стране, либералы укрепляли свое влияние в массах. После революции 1848-1849 годов их влияние в массах серьезно упало. План либералов: установить союз с монархами и вовлечь их в национальное движение – потерпел полный крах. Либерально настроенные буржуазия и дворяне в этих государствах стали все более ориентироваться на Савойскую династию и склонялись к руководящей роли пьемонтских либералов. Таким образом, создание “Итальянского национального общества” выдвинуло пьемонтских либералов в лидерство над всем умеренно-либеральным движением в масштабах всей Италии. Объединение Италии на монархической основе, под главенством Савойской династии вышло за рамки Сардинского королевства и приобрело общеитальянский характер.

Наиболее решительные демократы не желали смириться с переходом руководства национальным движением в руки либералов-монархистов. Ради революции радикалы были готовы пойти на любое самопожертвование. В 1857 году Карло Пизакане (1818–1857 годы), действуя в контакте с Мадзини, высадился с группой единомышленников недалеко от Неаполя с целью поднять народное восстание. Отважная, героическая попытка Пизакане поднять население южной Италии на борьбу закончилась гибелью самого Пизакане и многих его товарищей. Трагический исход этой попытки “экспорта революции извне” усилил раскол в демократическом лагере. Многие колебавшиеся в своем выборе революционеры стали примыкать к “Итальянскому национальному обществу”. Политические позиции либералов – кавуристов крепли, инициатива оставалась в их руках. К концу 1850-х годов Пьемонт превратился в ведущую силу национально-освободительного движения. Большинству либералов и республиканцев частная собственность на землю представлялась священной и неприкосновенной.

Внешняя политика Савойской монархии ставила своей целью примирить династические интересы с делом национального освобождения и объединения Италии. Камилло Кавур всегда стремился заручиться поддержкой “великих держав” в борьбе с Австрийской империей. Кавур понимал, что одних сил Сардинского королевства для политического объединения страны не хватит. С Парижского конгресса 1856 года, положившего конец Крымской (Восточной) войне, началось сближение Италии с бонапартистским режимом Наполеона III во Франции. Наполеон III, чувствуя, как качается под ним императорский трон, счел для себя полезным выступить в роли “защитника итальянской независимости и единства”. Франция всегда стремилась к вытеснению Австрии из Италии и к утверждению в ней французского верховенства. В январе 1858 года в Париже на Наполеона III было совершено покушение итальянским патриотом, революционером Феличе Орсини, активным участником обороны Римской республики в 1849 году. Орсини надеялся, что устранение Наполеона III – одного из душителей итальянской революции – расчистит путь к освободительной борьбе, сметет дряхлый, обветшалый папский режим в Италии. После казни Орсини Наполеон III решил сыграть роль “покровителя итальянского национального движения”, с тем, чтобы нейтрализовать итальянских революционеров и одновременно утвердить французскую гегемонию в Италии.

По инициативе Наполеона III летом 1858 года на французском курорте Пломбьер состоялась тайная встреча французского императора с премьер-министром Сардинского королевства Камилло Кавуром, во время которой был оформлен франко-пьемонтский военно-политический союз, а в январе 1859 года был подписан секретный договор между обеими странами. Наполеон III обязался вступить в войну против Австрии и обещал, что в случае победы Ломбардия и Венеция будут присоединены к Сардинскому королевству. В свою очередь, премьер-министр Сардинского королевства Камилло Кавур дал согласие на присоединение Ниццы и Савойи к Франции (большинство населения этих двух провинций говорило по-французски; Савойя и Ницца входили в состав Франции в 1792–1814 годах).

В самом начале 1859 года Франция заключила тайный договор о поддержке в войне с Австрией со стороны России. Российский император Александр II обещал Наполеону III не мешать объединению Италии и попытался сковать силы австрийцев путем выдвижения к российско-австрийской границе нескольких корпусов российских войск. Тайный договор с Наполеоном III предусматривал освобождение Ломбардии и Венеции от австрийцев, присоединение этих областей к Пьемонту и создание таким путем Королевства Верхней (Северной) Италии. Пьемонт обязывался выставить сто тысяч солдат, а Франция – двести тысяч. Получив франкоговорящие Ниццу и Савойю, Наполеон III рассчитывал также создать в центре Италии, на базе Тосканы, королевство во главе со своим двоюродным братом принцем Наполеоном Бонапартом (“Государство Срединной Италии”), а на неаполитанский престол посадить своего ставленника – князя Мюрата, сына короля Иоахима Мюрата. Папе римскому отводилась роль номинального главы будущей федерации четырех итальянских государств. Их государям пришлось бы лишиться своих тронов. Таким образом, согласно планам и расчетам Наполеона III, Италия по-прежнему оставалась бы раздробленной и по рукам и ногам была бы связана с Францией, с монархией Бурбонов. Австрийское влияние в Италии было бы заменено французским. Кавур прекрасно догадывался о тайных намерениях Наполеона III, но у него не было другого выхода, да и реальные события могли помешать осуществлению честолюбивых наполеоновских замыслов, перечеркнуть их.

После сговора Франции с Сардинией и присоединением к их союзу России война с Австрией стала неизбежной. 23 апреля 1859 года Австрия, узнав о сговоре, после ультиматума первой выступила против Франции и Сардинии. Австрийцы потребовали полного разоружения Пьемонта. Военные действия развернулись на территории Ломбардии. В битве при Мадженте (4 июня 1859 года) французские и пьемонтские войска нанесли австрийцам серьезное поражение. 8 июня 1859 года был освобожден Милан, в Милан торжественно вступили пьемонтский король Виктор-Эммануил II и император Франции Наполеон III. В битвах при Сольферино (24 июня 1859 года) и Сан-Мартино (конец июня) австрийские войска вторично понесли тяжелое поражение. Ломбардия была полностью освобождена от австрийских войск. Открывалась возможность продвижения франко-итальянских войск в соседнюю Венецианскую область. Война вызвала подъем национально-освободительной борьбы по всей Италии, к войне против Австрии присоединились жители Ломбардии, Сардинии, Венеции, Пармы, Модены и Романьи. Война с Австрией оказалась тем внешним толчком, который помог вылиться наружу народному недовольству. Антиавстрийские выступления произошли в Тоскане и Эмилии. Здесь были созданы временные правительства, выражавшие готовность к добровольному присоединению к Пьемонту. В Тоскане, Модене, Парме, Романье (Папская область) народные митинги и демонстрации переросли в революции. Во многих местах стали создаваться добровольческие отряды. В Пьемонт съехалось двадцать тысяч добровольцев, желавших присоединиться к войне. Одним из корпусов альпийских стрелков, действовавших в горных районах Альп, командовал Джузеппе Гарибальди. Гарибальди была предложена генеральская должность в пьемонтской армии, где он возглавил трехтысячный добровольческий корпус. В составе корпуса Гарибальди было немало участников героической обороны Рима и Венеции в 1849 году. Корпус Гарибальди отбивал у неприятеля город за городом.

Война вызвала необыкновенно воодушевление простого народа и подъем национального движения в Центральной Италии. Сторонники “Итальянского национального общества” возглавили большую патриотическую демонстрацию во Флоренции, армия поддержала народ. Герцогу тосканскому пришлось в срочном порядке покинуть Тоскану. В ней было создано временное правительство с преобладанием умеренных либералов. В первой половине июня 1859 года в подобной обстановке народных волнений покинули свои владения правители Пармы и Модены, а во главе управления этими государствами встали назначенные из Пьемонта губернаторы. Одновременно в Романье после ухода оттуда австрийских войск народ стал свергать папские власти, и их место заняли уполномоченные пьемонтского короля Виктора-Эммануила II. Смертельно напуганные размахом народного движения, герцоги и папский легат бежали из Италии под охрану австрийских Габсбургов.