Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
/ otvety.docx
Скачиваний:
10
Добавлен:
30.05.2015
Размер:
151.5 Кб
Скачать

13. Главной причиной гражданской войны в США было рабство и стремление южных штатов распространить его на северные вопреки желанию последних.

Поводом для полномасштабной войны стало сражение за форт Самтер и последовавшее за ним отделение семи южных штатов от США, что противоречило конституции, не допускающей выход штатов из союза. Большинство историков согласны в том, что "хотя рабство и его многообразные последствия были основными причинами распада государства, война началась с самого акта распада" [1].

Противоречия вокруг рабства были подняты на поверхность общественной жизни в ходе дискуссий о правах штатов и тарифной политике[2]. Дополнительными факторами, обострявшими отношения между Севером и Югом, были противоречия между политическими партиями, аболиционизм, национализм и местный патриотизм, территориальная экспансия, экономический кризис и модернизация экономики в предвоенный период.

Разделение штатов на северные и южные сложилось ещё в колониальную эпоху. Быстро растущая экономика Северо-востока и Среднего Запада США были основаны на свободном фермерстве, индустриализации, развитии транспортной системы и коммерции. Рабство здесь было запрещено законами штатов[3]. Индустриализация и приток иммигрантов из Европы, преимущественно ирландского, британского и германского происхождения, обусловили ускоренный рост населения этих штатов.

На Юге традиционно доминировали плантаторы-рабовладельцы. Хотя здесь население также росло, темпы его роста были существенно меньше, чем на Севере. Южные города были значительно меньше северных, промышленность оставалась неразвитой. Хотя две трети белого населения рабов не имели, они были преимущественно наемными работниками у богатых плантаторов, полностью контролировавших экономику и политическую жизнь южных штатов.

Хотя в начале истории США южные штаты обладали большим политическим весом на федеральном уровне, демографические изменения и всеобщее избирательное право в конце концов привели к тому, что Юг утратил былое влияние. На президентских выборах 1860 г. северные штаты представили больше голосов, чем южные; их кандидат Авраам Линкольн стал президентом несмотря на провал в десяти южных штатах, что вызвало острое недовольство на Юге.

На Севере недовольство зрело ещё дольше. Здесь рабство осуждали не только как социальное зло, но и как аморальное явление, что в религиозной Америке всегда имело под собой контекст межконфессиональных противоречий, в условиях свободы вероисповедания не имеющих возможности для непосредственного выражения. В интересах единства нации политики на федеральном уровне в течение длительного времени находили компромисс между разногласиями Севера и Юга. Так в 1820 г. был принят Миссурийский компромисс, согласно которому новые штаты принимались в союз попарно, один рабовладельческий, второй «свободный» от рабства. Аналогичный политический компромисс был достигнут в 1850 г. Но такие компромиссы лишь откладывали решение проблемы.

В середине XIX в. прежние политические партии сошли со сцены, уступив место новым. Из них Республиканская партия опиралась на избирателей Севера и добивалась запрещения рабства на всей территории США. Хотя в 1854 г. все же был заключен новый компромисс в виде закона Канзас-Небраска, который решение вопроса о рабстве оставлял на усмотрение местных выборных органов, на деле он спровоцировал в Канзасе гражданскую войну, ставшую прелюдией к общей войне между Севером и Югом.

Проблема рабства и отношения между штатами в XVIII — первой половине XIX вв

Рабство прочно укоренилось в южных штатах ещё в колониальную эпоху. Здесь до 40 % населения состояло из рабов. Когда в конце XVIII в. американцы начали освоение Кентукки и других Юго-западных территорий, каждый шестой из них был рабом. На Севере рабов было меньше, но значительная часть судов, строящихся и принадлежащих купцам северных штатов, предназначалась для работорговли[4].

Однако и в эту эпоху многие американцы испытывали трудности, пытаясь совместить рабство и работорговлю с христианскими нравственными ценностями, а позже — и принципами Декларации независимости. Пионерами движения аболиционистов в Америке были квакеры Пенсильвании, по примеру которых в 1780х годах все штаты за исключением Джорджии приняли законодательные акты, ограничивающие работорговлю. Однако в интересах единства нации перед лицом агрессии со стороныВеликобритании (где рабовладение к этому времени также было ограничено законом) до полного запрещения рабства в этот период не дошло[5]. В решениях Конституционного собрания вопрос о рабстве был одним из пунктов, «оставляющих минимальную возможность компромисса, в котором мораль крайне жестко столкнулась с прагматизмом»[6].

В Конституции США слово рабство не упоминается ни разу, но рабовладельцы добились права представлять в Конгрессе своих рабов, не имеющих права голоса, что усилило их позиции. Кроме того, они использовали обязанности федерального правительства по подавлению внутренних беспорядков для борьбы с восстаниями рабов. Работорговля не была запрещена в США ещё в течение двадцати лет, которые южане использовали для дальнейшего укрепления рабовладения и крупных плантаций Юга, массово использовавших рабский труд[7]. Лишь в 1808 г. вслед за Великобританией США приняли акт о запрете работорговли, что у многих американцев породило иллюзии о решении проблемы рабства[8], и лишь в Новой Англии существовало движение за отмену прав рабовладельцев представлять своих рабов в выборных органах власти[9]. К 1804 г. все северные штаты приняли также и законы о запрете рабства на своей территории. На Северо-западных территориях рабство было формально запрещено ещё в 1787 г., но на Юго-западных территориях такого запрета не было. В результате рабство в США оказалось ограничено и территориально.

В 1820 г. между северными и южными штатами был заключен очередной Миссурийский компромисс, согласно которому далее в США новые штаты принимали попарно, один рабовладельческий и один «свободный». В результате к этому времени в США оказалось 11 северных и 11 южных штатов[10]. Таким способом решение проблемы рабства было отложено до 1850х годов, когда в отношениях между Севером и Югом назрел новый кризис из-за закона Канзас-Небраска[11]. Тем не менее, на Юге политический кризис 1820 г. породил опасения, что сильное федеральное правительство может стать серьёзной угрозой для рабовладения[12][13].

В 1820х годах экономический спад сильнее всего ударил по Южной Каролине. В то время США проводили политику протекционизма и высоких таможенных тарифов[14], невыгодных для штата, заинтересованного в экспортно-импортных операциях в связи с продажами хлопка на внешнем рынке. В 1828 г. власти штата заявили, что на его территории тарифы нулифицируются как антиконституционные[15]. Тем не менее, в 1832 г. Конгресс вновь принял закон о высоких тарифах. Тогда наиболее радикальная часть его противников призвала к выходу Южной Каролины из состава США. Президент Джексон расценил действия властей штата как государственную измену и послал туда вооруженные силы. Остальные штаты, в том числе южные, не поддержали мятежников, и власти Южной Каролины дрогнули. Вскоре между ними и федеральным правительством был заключен компромисс, который обе стороны преподносили как свою победу. Местные власти указывали на тот факт, что тариф все же был уменьшен, а федеральное правительство — на то, что отделение штата не было допущено.

Один из видных политических деятелей того времени писал:

Мне кажется, что тарифы — скорее повод, чем реальная причина для нынешнего неудовлетворительного состояния дел. Истину нельзя более скрывать, особое положение южных штатов и то направление, в котором развивается их производство, ставит их в оппозицию к остальной части Союза в отношении налогообложения и прочих вопросов, и опасность этого положения в том, что если не найдется для них защиты в оформлении прав штатов, то это приведет в конце концов к восстанию или, если их интересы будут принесены в жертву, к колонизации и иным схемам, которые ввергнут их самих и их детей в полное убожество.

Проблемы тарифной политики держали общество в напряжении до самой Гражданской войны, вновь оказываясь на поверхности политической жизни Юга в 1842, 1857 и 1861 гг. Победа демократов на выборах 1856 года позволила в 1857 году снизить тарифы до рекордных 17% (Tariff of 1857). Даже дешевую одежду для рабов южным штатам стало выгодно закупать в Великобритании. В сентябре 1857 года в Нью-Йорке началась финансовая паника. Волна банкротств и увольнений прокатилась по северным штатам.[18] Ключевым пунктом программы республиканцев на выборах в 1860 году стало повышение тарифов. После их победы и выхода демократов южных штатов из сената США 2 марта 1861 года (за два дня до инаугурации Линкольна) тарифы были увеличены до 70% в среднем (Morrill Tariff).

В 1831-36 гг. Уильям Гаррисон и Американское общество противников рабства инициировали кампанию петиций в Конгресс, требующих отмены рабства на территориифедерального округа Колумбия и остальных территориях (на западе), управляемых федеральным правительством. В Конгресс поступили сотни тысяч таких петиций[19]. В конце концов, в мае 1836 г. палата представителей приняла ряд резолюций, согласно которым Конгресс не имел права вмешиваться в политику штатов в отношении допущения или запрещения рабства на их территории и не должен был также принимать такие решения на остальных территориях, включая округ Колумбия. Кроме того, Конгресс впредь отказывался рассматривать какие-либо обращения относительно отмены рабства. Многие политические деятели, включая экс-президента Джона Куинси Адамса, считали, что эта резолюция противоречит первой поправке к Конституции США, запрещающей, в частности, ограничивать права граждан обращаться в Конгресс[20][21]. Ограничения породили множество споров и были отменены лишь в 1844 г.[22]

Развитие экономики в 50-х годах XIX в

Такое положение сложилось из-за того, что в свое время лондонские акционеры, владевшие контрольными пакетами акций плантаций в Южных штатах, прямо требовали от Юга сосредоточиться исключительно на выращивании самых выгодных сельскохозяйственных культур — именно они и превратили Юг в сырьевой придаток страны. Южные плантаторы владели рабами — но над ними самими царил Север, откровенно превративший штаты южнее линии Мейсон-Диксон в дойную корову. В общем, наличие на Юге рабства и его отсутствие на Севере, как ни странно это кому-то покажется — третьестепенная причина вражды, закончившейся четырёхлетней войной. Все было гораздо сложнее. Называя вещи своими именами, Север драл с Юга три шкуры. Не только переработка хлопка, но и весь его вывоз с Юга находились исключительно в руках северян. Решительно всё, начиная с бытовых мелочей, ввозилось с Севера и продавалось втридорога[источник не указан 684 дня].

С начала 50-х годов XIX века промышленное развитие США шло весьма быстрыми темпами. Уже к концу 50-х годов США по производству промышленной продукции заняли четвёртое место в мире. В значительных масштабах стали изготовляться паровые двигатели, сельскохозяйственные и другие сложные машины. В текстильной промышленности к 1860 г. насчитывалось 1700 фабрик, где машины приводились в движение паром. Длина железнодорожной сети увеличилась за 1850—1860 гг. с 14 тыс. км до 48 тыс. км. За это же время капиталовложения в промышленность возросли вдвое и достигли 1 млрд долл. Этому способствовали усиленный приток капиталов из Европы и открытие в 1848 г. богатых месторождений золота в Калифорнии. Переход к фабричному производству сопровождался концентрацией промышленности, вытеснением мануфактурных и ремесленных предприятий. За период 1850—1860 гг. численность рабочих, занятых в обрабатывающей промышленности, увеличилась с 957 тыс. до 1311 тыс. человек (включая занятых в фабричной, домашней промышленности, мануфактуре и ремесле). Однако, несмотря на быстрый рост, к концу 50-х годов американская промышленность все ещё не могла удовлетворить нужд собственной страны. Потребность в рельсах, машинах, станках и многом другом в значительной мере покрывалась за счет привоза из Англии.

Число жителей США увеличилось за десять лет — с 1850 по 1860 г.- с 23,1 млн до 31,4 млн. Особенно быстро росло население северо-западных штатов; за десятилетие, предшествовавшее гражданской войне, оно увеличилось на 67 %. Рост населения был связан с освоением новых обширных территорий. Быстрое развитие северо-запада, сопровождавшееся увеличением товарности фермерского хозяйства, способствовало росту внутреннего рынка для промышленной продукции восточных штатов.

Иной характер носила экономика южных штатов. Здесь все большее значение приобретало производство хлопка на вывоз: за период с 1851 по 1859 г. производство хлопка выросло с 2799 тыс. кип до 4508 тыс. кип, то есть на 62 %. Промышленность Юга в основном ограничивалась первичной обработкой хлопка, его очисткой и упаковкой. Преобладание хлопководства придавало экономике Юга односторонний характер, тормозило развитие промышленности. Население южных штатов росло крайне медленно.

Рабовладельческое хозяйство было слабо связано с внутренним рынком, тем более что плантаторы, вывозившие хлопок в Европу, главным образом в Англию, предпочитали там же закупать нужные им промышленные товары. В результате промышленные изделия северо-восточных штатов с трудом пробивали себе путь на рынки Юга. Это препятствовало образованию общенационального рынка США. Дальнейшее развитие американского капитализма властно требовало отмены рабства, полного торжества свободного наемного труда.

Довоенный Юг Расизм

Хотя рабами владела лишь небольшая часть населения Юга, институт рабства защищали южане всех классов[23].

Социальная структура Юга была основана на использовании рабского труда на крупных плантациях. В 1850 г. общее свободное население южных штатов составляло около шести миллионов человек, из которых рабами владели 350 тысяч. Среди рабовладельцев 7 % принадлежали права собственности на три четверти рабов. Крупнейшие рабовладельцы составляли высшую касту в социальной иерархии. Их положение зависело от площадей, занятых под плантации, и количества рабов, их обслуживавших.

К 1850 м годам крупные плантаторы переконкурировали мелких фермеров Юга, и они с готовностью признавали политическое лидерство элиты плантаторов. Освоение новых земель на Западе давало им надежды когда-либо самим обзавестись плантациями и рабами[24]. Кроме того, мелкие фермеры нередко были оголтелыми расистами[25]. Принцип превосходства белой расы разделяли все слои белого населения Юга, что придавало рабству вид естественного и легитимного социального института, необходимого в цивилизованном обществе. Расизм на Юге поддерживала и официальная система репрессий, называемая «кодекс рабов», которая предусматривала, как рабам следует разговаривать и вести себя с белыми.

Например, белое население организовывало «патрули рабов» в составе нескольких человек, обязанностью которых было поддержание дисциплины среди рабов. Такие патрули на Юге были законными, и участие в них предписывалось каждому свободному белому мужчине. Рабов, пойманных без письменного разрешения хозяина вне его владений, возвращали владельцу, иногда наказывая за самовольную отлучку. Собираться в большие группы рабам также было запрещено. Временами рабы давали отпор вооруженным патрулям, которые всегда должны были быть к этому готовы. Служба патрульными и надсмотрщиками давала белым власть остановить, обыскать, избить и даже убить любого раба, оказавшегося за пределами владений своего господина. Такое поведение считалось престижным, а поддержание контроля за рабами — важной работой на благо всего южного общества, которое в поддержании в рабах страха нарушить закон видело один из своих устоев.

Экономическая и политическая сплоченность

Немаловажным фактором сплочения расистского общества было и то, что многие мелкие фермеры были экономически зависимы от своих богатых и влиятельных соседей[26]. К ним приходилось обращаться за сельскохозяйственными машинами, просить помощи с вывозом урожая на рынок, занимать деньги, скот или корма. Стабильный бизнес торговцев также зависел от состоятельных клиентов. Такая зависимость делала невозможной любую политическую активность, направленную против богатых плантаторов или просто ими не одобряемую. Тайного голосования в те времена не было (оно распространилось в США лишь в 1880х годах), и просто факт подачи голоса не за того кандидата мог сделать человека отщепенцем и изгоем.

Поскольку иммиграция на Юг из Европы была ограниченной, среди белых южан были распространены родственные отношения. Состояния обычно наследовались в неравных долях, и большую часть наследства получал старший сын. Бедные фермеры нередко были кузенами или иными родственниками своих богатых соседей, с которыми они поддерживали отношения, в том числе и на военной службе в милиции штата, что также превращало южное общество в единую военную и политическую силу.

Кампания аболиционистов в прессе Севера, направленная против рабства и нравов южного общества, также была для последнего поводом для сплочения против общего врага, а экономическая зависимость Юга от северных товаров подкрепляла готовность южан защищать интересы Юга в целом как свои собственные. Защита интересов рабовладельцев южанами рассматривалась как защита конституционных прав и свобод белого человека. Победа на выборах кандидата республиканцев расценивалась ими как политическое поражение Юга и повод для защиты своей территории от федеральных органов власти, где теперь господствовали чужаки. Рост хлопковой индустрии требовал все большего привлечения рабского труда, и это также обостряло ситуацию на Юге[27].

Ускоренный рост населения Севера также расценивался на Юге как угроза. Из восьми европейских иммигрантов семь ехали на Север, считая рабство недостатком южной экономической и политической системы. Миграция населения внутри США также складывалась не в пользу Юга: с Юга на Север перебиралось вдвое больше белого населения, чем с Севера на Юг. Южные газеты писали, что Север и Юг это «…не просто два разных народа, это два враждебных и соперничающих народа.»[28]. „Мы не хотим революции… Мы не участвуем в донкихотской борьбе за права человека… Мы консерваторы.“[28]

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]