Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Россия. Славянофилы

..doc
Скачиваний:
50
Добавлен:
06.02.2015
Размер:
79.36 Кб
Скачать

6

Славянофилы

Литература

Цимбаев Н.И. Славянофильство. – М., 1986.

Бердяев Н.А. Алексей Степанович Хомяков. – М., 1912.

Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. – М., 1990.

Цимбаев Н.И. Либералы сороковых годов // Очерки русской культуры. Т. 4. Общественная мысль. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2003.

Тонких Владимир Алексеевич, Ярецкий Юрий Львович. История политической и правовой мысли России. – М.: Владос, 1999.

Идейные споры западников и славянофилов продолжались примерно с середины 1830-х до конца 1840-х годов. Герцен назвал 40-е годы «эпохой возбужденности умственных интересов», а Анненков – «замечательным десятилетием».

Западников и славянофилов объединяло критическое отношение к настоящему. Они критически относились к николаевской политической системе, внутренней и внешней политике Николая I, они были убежденными сторонниками отмены крепостного права. Но они по-разному оценивали прошлое России. Они отстаивали различные пути развития России.

История славянофильства начинается с 1839 года. Зимой 1839/1840 года Алексей Степанович Хомяков представил своим друзьям работу «О старом и новом», которая была ответом и Чаадаеву, и сторонникам официальной идеологии. Хомяков поставил в своей работе вопросы: «Что лучше, старая или новая Россия?», утратила ли Россия коренные начала своего развития, особенности русского пути развития. Обсуждение работы Хомякова происходило в салоне Авдотьи Петровны Елагиной, матери братьев Киреевских. Друзья договорились, что, собираясь каждую неделю по пятницам в салоне Авдотьи Петровны, они будут обсуждать вопросы, поставленные Хомяковым. В следующую пятницу представил свою статью для обсуждения Иван Васильевич Киреевский. Статья называлась «В ответ Хомякову». Эти статьи Хомякова и Киреевского считаются исследователями программными документами славянофильства.

Славянофильство делят на раннее и позднее. Рубежом между ними стал 1861 год. В 1856 году ушли из жизни братья Киреевские. В 1860 году умер от холеры Хомяков, В 1860 году скончался Константин Сергеевич Аксаков. Умерли идеологи славянофильства. С 1861 года кружок славянофилов возглавили Иван Сергеевич Аксаков и Ф.В. Чижов. Но вскоре кружок распался.

В раннем славянофильстве выделяют два периода: 1839 – 1855 гг. – время выработки философской, религиозной и исторической концепции славянофилов. 1855 – 1861 годы – участие славянофилов в общественной жизни, подготовке крестьянской реформы. 1855-1860 годы были временем Александровской «оттепели», по определению Ф.И. Тютчева. Произошла либерализация политического режима. Было разрешено издание новых газет и журналов. Был снят запрет на литературно-журнальную деятельность славянофилов. Славянофилы добились возможности издавать свои журналы и газеты. В 1856-1860 гг. они издавали журнал «Русская беседа», в 1857 г. газету «Молва».

Славянофилы происходили их обеспеченных дворянских семей, нигде не служили. Они не имели кафедр в Московском университете. В 1840-е гг., как и западникам, им не удалось добиться разрешения на издание своего журнала. Славянофилы могли развивать свои идеи только в литературных салонах. Их выступления в печати в 40-е годы были очень редкими. Не имея возможности публиковать свои работы, они и писали мало. Поэтому славянофильское учение не было широко известно в обществе. В среде профессоров и студентов славянофильство не получило признания. Кумиром московской молодежи был Грановский.

Не имея своего журнала, славянофилы 1840-е годы иногда публиковали свои произведения в журнале «Москвитянин», издаваемом профессорами-уваровцами Погодиным и Шевыревым. Погодин и Шевырев разделяли идеи официальной идеологии. Поскольку славянофилы иногда печатались в «Москвитянине», то их идеи стали отождествлять с официальной идеологией, а славянофилов называть идеологами самодержавия. Это обусловило искаженное восприятие славянофильства уже современниками. Славянофилы не были идеологами российского самодержавия.

Правительство, с недоверием относившееся ко всем проявлениям независимой мысли, воспринимало славянофилов как политическую партию, а их желание носить бороды как внешний знак принадлежности к этой партии. В 1849 г. славянофилам предписали сбрить бороды как несовместимые с дворянским званием. Славянофильский кружок не имел значения политической партии. Тем не менее, власти установили за славянофилами тайный надзор, их письма перлюстрировались (читались). Московская полиция завела «Дело славянофилов». Славянофилы находились под постоянным полицейским надзором до 1857 г. Власти в эпоху Николая I ограничили участие славянофилов в журнально-литературной жизни России. Цензура была придирчива к их работам.

В кружок славянофилов входили Алексей Степанович Хомяков, Иван и Петр Киреевские, Константин и Иван Аксаковы, Юрий Федорович Самарин, Александр Иванович Кошелев и другие. Славянофилы были людьми очень высокой культуры.

Внутри кружка не было идейного единства. Выделяют истинных славянофилов, к ним относят Хомякова и Ивана Киреевского; и фанатиков славянофильства, которые абсолютизировали отдельные идеи Хомякова и Киреевского, искажая их воззрение. Идеологом ультраславянофильства был Константин Аксаков.

Главным идеологом истинного славянофильства был Хомяков. Он родился в 1804 г. в Москве в богатой дворянской семье. Мать его была урожденная Киреевская, женщина глубоко религиозная, строгих нравов. С братьями Киреевскими Хомяков был в близком родстве. Хомяков был младшим современником декабристов, знал многих из них, но никогда не увлекался их политическими идеями. Хомяков был многосторонне развитым человеком. Он стал замечательным богословом, философом, филологом, историком, публицистом, поэтом. Он обладал сильным характером, личным мужеством, огромным самообладанием, был очень гордым, свободолюбивым человеком. У него было развито чувство собственного достоинства. Он никогда не обнаруживал своих слабостей. Воля и разум в нем преобладали над чувствами. Любимыми его словами были гордость и свобода. В 1836 году он сочетался браком с Екатериной Языковой, сестрой поэта Языкова. Их брак был редко счастливым, безупречным.

Хомяков обладал глубоким диалектическим умом, феноменальной, фотографической памятью (он дословно знал все прочитанное и через много лет мог процитировать любые строки из бегло пролистанной книги; за ночь мог прочитать несколько толстых книг, взятых из библиотеки вечером до утра).

Хомякову была присуща любовь к свободе, и его учение можно назвать учением о свободе. Он верил, что начало свободы заложено в православии, духе русского народа, в русском деревенском быте, русском складе души. Запад не знает истинной свободы, так как образ жизни европейцев строго рационален.

Славянофилы были религиозными мыслителями.

Хомяков создал славянофильское богословие. Религиозное сознание Хомякова было свободно от догм. Он дал свое понимание церкви. Церковь не должна у человека вызывать страх, она предлагает только веру. По оценке Хомякова, христианство есть свобода во Христе. Церковь принимает в свое лоно только свободных. Церковь – не доктрина, не учреждение. Церковь есть живой организм истины и любви. Богословие Хомякова отличалось от официального богословия. Хомяков писал И. Аксакову: «Я позволяю себе не соглашаться во многих случаях с так называемым мнением церкви». Хомяков был первым светским религиозным мыслителем в православии. Хомяков не мог печатать своих богословских произведений в России на русском языке. Духовная цензура не разрешала их публиковать. Официальная церковь не могла вынести свободомыслия Хомякова. Профессора духовных академий недоброжелательно относились к хомяковскому богословию. Богословские работы Хомякова впервые были опубликованы за границей на французском языке. Эти работы были переведены Самариным на русский язык и опубликованы после смерти Хомякова. Для Хомякова единственным источником религиозного сознания была любовь к Богу. Хомяков верил, что только в церкви есть свобода. Свобода осуществляется в соборности. Соборность – одно из основных понятий славянофильства. Соборность означает свободное единение людей в вере и любви к Богу.

Хомяков считал православие истинной религией (Чаадаев считал истинной религией католичество). Русское православие сохранило в первоначальной чистоте христианство.

Решение славянофилами проблемы «Россия – Запад». Интересуясь вопросами развития человечества, мыслители 1840-х гг., основное внимание уделяли русскому вопросу, «домашнему делу». Славянофилы отметили в первом философическом письме Чаадаева его мысль о влиянии положения страны на ее судьбу, но в отличие от его автора они ставили свое отечество в центр человечества, так как русский народ знает истину, единую для всего человечества. Они полагали, что именно Россия объединит общие понятия человечества, сохранив «древний русский элемент»1. Славянофилы высказались по проблеме предназначения русского народа, но не уделили значительного внимания теме влияния геополитического положения страны на ее историю. Это можно объяснить представлением славянофилов об определяющей роли религии в самопознании народ. Из этого положения следует, что географическое местонахождение страны не может воздействовать на степень религиозности народа.

Славянофилы верили в особый путь развития России. Они не были монополистами этой идеи. И официальные идеологи (Уваров), и Чаадаев, и западники утверждали, что у России свое предназначение в мировой истории. Но они по-разному его определяли.

Славянофильство было своеобразной реакцией на бездумное подражание русским дворянством всему европейскому. Они считали, что у России есть свои внутренние истоки развития и не следует воспринимать духовную культуру Запада. Можно заимствовать только технические достижения. Они возражали против европеизации России. Россия не должна уподобляться Западу. Западники не были сторонниками уподобления России Западу, они выступили с критикой бездумного подражания. Освоение западной культуры должно происходить осознанно.

Славянофилы утверждали, что у России и Запада разные духовные истоки развития, разные типы культуры. Культура Запада развивалась под влиянием католической религии, а культура России – под влиянием православной. Для Запада характерно мещанство, индивидуализм, рационализм, частная собственность.

Для России же характерны коллективизм, соборность, общинное землепользование. Русскому народу чуждо понятие святости частной собственности. Если в учении западников утверждается, что основной ценностью является личность, то для славянофилов главной ценностью был народ. Судьба страны определяется народом. Славянофилы принижали личное начало в истории и возвышали общественное начало.

Основополагающие идеи славянофиловвера в особый путь эволюции русского общества, Россия призвана исполнить особую миссию по отношению к Западу, она должна показать ему путь к свободе. Истоками русской жизни является православие, русская православная душа, сельская община, традиции коллективизма. Православие – истинная религия, открывающая божественную истину.

Основным источником русской культуры является православие.

Славянофилы так же отводили традициям регламентирующую роль в жизни народа. Особенность их трактовки роли обычаев в истории заключалась в представлении о том, что традиции, регулируя общественные отношения в соответствии с религиозно-нравственными установками, исключали необходимость законодательного оформления сложившихся обычаев. Обычаи замещали собой законы. Категорическое непризнание закона было характерно для К. Аксакова, считавшего, что правовые нормы являются принудительной силой, не выполняют воспитывающую функцию. К. Аксаков исходил из веры, что русскому народу предначертано совершить «нравственный подвиг» – создать «нравственный строй жизни». Русский народ, идущий по «нравственному пути», живет внутренней верой, своими убеждениями. «Вся сила в нравственном убеждении. Это сокровище есть в России, потому что она всегда в него верила и не прибегала к договорам»2. Поскольку обычаи были основаны на убеждениях, а убеждения на понятиях, формируемых церковью, то обычаи, заменяя закон, распространяли на все земли один порядок жизни, утверждал И.В. Киреевский. «Это повсеместное однообразие обычая было, вероятно, одною из причин его невероятной крепости, сохранившей его живые остатки даже до нашего времени сквозь все противодействие разрушительных влияний…»3. Этой точки зрения придерживались все славянофилы, за исключением Хомякова, рассматривавшего право как необходимый элемент государственной и общественной жизни. В работах И. Киреевского и К. Аксакова не звучит сомнение, что общество, веками существующее на основе однообразных обычаев, теряет способность к развитию.

Оценки народной жизни, данные И. Киреевским и К. Аксаковым, отличаются меньшим историзмом, чем концепция Хомякова. Их трактовка прошлого России определялась рядом посылок, принимавшихся ими на веру. Они верили в существование коренных начал жизни русского народа, определивших чистоту его духовной жизни и особенности русского пути. Одно из них – чистое христианство, без примеси мира языческого, распространявшее влияние на всю «прежнюю» Россию. Другое начало – крепкие, однообразные, повсеместные обычаи, гарантировавшие от изменений в общественном устройстве. Третье условие существования «прежней» России – сила неизменяемого обычая исключала самовластие, делала невозможным введение законов. И. Киреевскому принадлежит следующее обобщающее определение основ народной жизни – «это устройство общественное, без самовластия и рабства, без благородных и подлых; эти обычаи вековые, без писаных кодексов, исходящие их церкви и крепкие согласием нравов с учением веры; эти святые монастыри, рассадники христианского устройства, духовное сердце России…»4. Эта картина христианской жизни русского народа, созданная воображением И. Киреевского, может быть оценена как идеализированный образ России. Односторонний взгляд на историю (акцентирование внимания в основном на двух факторах жизни – православии и общине), а также утрирование роли русской церкви обусловили заинтересованность И. Киреевского в возвращении России «к тому живительному духу, которым дышит ее церковь»5. Максимально идеализирована народная жизнь древней России в работах К. Аксакова. Он не сомневался в том, что русский народ глубоко религиозный, понял. Он верил, что Россия постоянно стояла за свою душу, за свою веру, которая была непоколебима. Учение И. Киреевского и К. Аксакова, основанное в большей степени на вере, чем на исторических фактах, гипертрофировало отдельные черты народной жизни.

Западники оценивали славянофильское учение об основах русской жизни как идеализированное. Основную ошибку славянофильства Герцен усматривал в отрыве их теоретических построений от исторических реалий. Он писал Самарину в 1864 г.: «Вам, как всем идеалистам и теологам, это все равно, вы строите мир a priori, вы знаете, какой он должен быть по откровению, - ему же хуже, если он не такой, какой должен быть! Если б вы были просто наблюдатель, вас остановили бы факты, противуречащие вашему мнению…»6.

Западники никогда не отрицали значительной роли религии в истории человечества и русского народа. Но они оспаривали мнение славянофилов об определяющем влиянии русской церкви на народные понятия и быт. Сравнивая влияние католической и православной церквей на общество, Герцен отметил различия, которые подчеркиваются и в современной исторической науке. По мысли Герцена, русская церковь мало интересовалась мирскими проблемами народа, тогда как католическая имела сильное влияние на общество. «Восточная церковь всегда глубже и шире занималась догматами и не переходила в жизнь. Католицизм, более односторонний, восполнялся жизнию, на которую имел сильнейшее влияние…»7.

В славянофильской концепции делался акцент на глубокой религиозности русского народа, которую они рассматривали как отличительную особенность России, духовное преимущество ее перед Европой. Западники высказали свою точку зрения по этому вопросу, основывая свои мнения на собственных наблюдениях, пословицах, записках, исторических исследованиях. Они не считали русский народ настолько религиозным, чтобы руководствоваться в своей жизни преимущественно божественными заповедями. Комментируя мнение француза Маржерета, служившего в личной гвардии Бориса Годунова и Лжедмитрия I, о веротерпимости русского народа, Герцен рассматривает отсутствие неприязни к иноверцам как следствие недостаточной укорененности в народе религии. По его мнению, не только внутренняя, но и внешняя, обрядовая сторона религии «не имела глубоких корней»8.

Взгляд западников на допетровский период русской истории существенно отличался от оценки его и Чаадаевым, и славянофилами. Для «басманного философа» он был бесцветным, не оставившим после себя памятников культуры. А.С. Хомяков не разделял мысль Чаадаева, что все лучшее и нравственное принадлежит европейским народам. Он воспринял первое философическое письмо Чаадаева как неуважение к русскому народу, национальное унижение, требование полного разрыва с прошлым своей страны. Хомяков полагал, что народ имеет право на уважение к самому себе, презрение же к народу убивает его силы. Самоуважение народа требует почитания своей родословной, языка, религии. Другая не менее интересная мысль Хомякова: русский народ доказал свою силу, самостоятельно сбросив монгольское иго9. А.С. Хомяков не отрицал очевидного факта отставания России в развитии материальной культуры. Основную причину замедленной эволюции он видел во владычестве монголов над Русью. В отличие от Чаадаева, Хомяков настаивал на значимости миссии Руси в спасении Запада от разорения кочевниками. По его мысли, Русь стала стеной, защитившей христианский мир от магометанского10. Опровергая мнение Чаадаева о ничтожности прошлого России, Хомяков доказывал, что только у великого народа могут быть такие легенды и песни, полные души и чувств; пословицы же народа свидетельствуют о его уме, «а пословицы не есть ли плод пышной давней народной жизни?»

Славянофилы оценивали допетровскую эпоху как период, когда Россия развивалась на основе своих духовных традиций, а основу русского пути определяло православие, открывавшее народу возможность приблизиться к пониманию Бога, увидеть в нем любовь и свободу. Православие, единственно верное учение, формировало ценности любви к ближнему, коллективизма, стремление к соборности. Хомяков, видя в христианстве силу, образующую и облагораживающую душу русских людей, называя его «живительной силой», без которой не могла бы восстановиться земля русская, все же не считал религию единственным фактором развития страны. По Хомякову, в идеале церковь является сосредоточием истины, начала добра, жизни и любви. Для этого церковь должна быть просвещенной и торжествовать над земными началами. Ни в один период русской истории, ни в одной стране мира, утверждал Хомяков, церковь еще не достигла такого положения и влияния на общество.

Славянофилы желали содействовать православному воспитанию душ людей, видя в этом основной источник их духовного богатства. А.С. Хомяков был уверен, что союз души и тела, в котором он видел истину земной жизни человека, открывается не западной цивилизацией, а Словом Бога11. И западники, и славянофилы искали истину бытия, но одни считали возможным понять ее разумом, в другие верили, что истина – откровение Бога, следовательно, ее нельзя совершенствовать, «нужно прежде всего верить, а потом исповедовать эту истину во благо общее тела и духа».

Видя смысл земного существования в постижении божественной истины, славянофилы воспринимали духовную жизнь как высшую сферу человеческого бытия. Считая, что душа русского народа религиозная, славянофилы не признавали отставания России от Запада в духовной жизни, так как сущность религии неизменна вовеки. «Следовательно, мы не отстаем в этом отношении от других просвещенных народов…». Поскольку Запад и Россия имеют разные духовные начала своей жизни, русский народ должен опираться на свои религиозно-нравственные силы.

По мнению Хомякова, православная Россия придавала мало значения всему внешнему, вещественному, формальному, юридическому, для нее главное – жизнь духа. Хомяков предпринял попытку обосновать религиозные преимущества русского народа. Русский народ принял впервые культуру от христианства, у него не было дохристианской культуры, не было того давящего культурного прошлого, которое помешало Западной Европе стать подлинно христианской. Мы же приняли христианство почти детьми. Русский народ начал свою историю как христианский. Наше язычество не было культурным, оно было варварским, детским. Русская душа по природе своей христианская. Мирный быт земледельческой общины лег в основу русской истории. Дух мирной общины, а не дух воинствующей дружины создает русскую историю. Русский народ смиренный, и потому уже христианский народ.

Русскую общину славянофилы считали одной из основ русского пути развития. В действительности община была социально-экономической формой жизни. Славянофилы же видели в общине совершенное выражение христианского общения в любви, они воспринимали ее как религиозную общину. Они идеализировали общину.

Политический идеал славянофилов – народное самодержавие. Народу не нужно участвовать в политической жизни. У народа религиозное призвание. Народ передал власть царю, который обязан заботиться о народе, защищать его интересы. Власть – обязанность, долг, а не привилегия, не право. Царь должен относится к народу как отец к детям. Монарх должен быть глубоко религиозным человеком, править на основе законов, опирающихся на заповеди Бога. Необходимо создать Земский собор с законосовещательными функциями. Он будет представлять интересы народа. Их политический идеал был утопическим. Славянофилы резко критиковали продажную российскую бюрократию. Славянофилы не поддерживали политику реальной власти. Славянофилы предлагали ликвидировать сословное деление общества. Их проекты освобождения крестьян предусматривали отмену крепостного права государством, наделение крестьян землей за большой выкуп.

Общественный идеал славянофилов – свободное православное общество.

Спустя немало лет после окончания спора западников и славянофилов, в 1860-1861 гг., задумавшись над вопросом о возможности нахождения компромисса между оппонентами еще в 1840-е гг., Герцен, выделяя идеи, которые не могли привести к соглашению сторон, писал: «Мы могли бы не ссориться из-за детского поклонения детскому периоду нашей истории; но, принимая за серьезное их православие, но, видя их церковную нетерпимость в обе стороны, - в сторону науки и в сторону раскола, - мы должны были враждебно стать против них»12. По мнению Герцена, западники не могли согласиться со славянофильской оценкой смысла жизни русского народа. Западники отметили недиалектический характер взгляда И. Киреевского на русское прошлое, не соглашаясь с его оценкой церкви как путеводной звезды народа. Герцен характеризовал его воззрение как поиск спасения в темном лесу мистицизма. Герцен считал, что славянофилы идеализировали русский народ, а их идейные оппоненты стремились к разумному решению социальных вопросов: «Не мы перенесли на народ русский свой идеал, и потом, как это бывает с увлекающимися людьми, сами же стали им восхищаться, как находкой».

Сами славянофилы оценивали свое воззрение как учение о «разумном прогрессе», «русское направление» (Хомяков). По мнению славянофилов, человек должен добровольно подчиняться мудрой традиции народного коллектива. Такое представление было консервативным, так как лишало личность автономии, права свободного выбора.

Одни исследователи относят учение славянофилов к консервативным, другие к либеральным.

1 Хомяков А.С. Несколько слов о философическом письме (Напечатанном в 15 книжке «Телескопа») (Письмо к г-же Н.) // Хомяков А.С. Сочинения в двух томах. М., 1994. Т. 1. С. 450.

2 Аксаков К.С. Об основных началах русской истории // Полное собрание сочинений. М., 1889. Т. 1. С. 11- 15. Его же. О том же // Там же. С. 16-23.

3 Киреевский И.В. В ответ А.С. Хомякову // Русская идея. М., 1992. С. 69.

4 Там же. С. 72-73.

5 Там же. С. 72.

6 Герцен А.И. Письма к противнику… Т. 18. С. 280.

7 Он же. Дневник 1842-1845. Т. 2. С. 357.

8 Там же. С. 364.

9 Хомяков А.С. Несколько слов о философическом письме… Т. 1. С. 454.

10 Там же. С. 453.

11 Хомяков А.С. Несколько слов о философическом письме... С. 459.

12 Герцен А.И. Былое и думы... Т. 9. С. 133.